Безкоштовна онлайн-конференцiя з Python від fwdays. 14 грудня. Реєструйся!
×Закрыть

«Подавать резюме всегда есть смысл». Олег Гусак — об аспирантуре в Турции, работе в Fitbit и Salesforce

Сумчанин Олег Гусак уехал из Украины в 1997 году, сначала в аспирантуру в Университете Билкент (Турция), а спустя четыре года — на работу в США, в Университете Миссури, где проводил исследования в области моделирования компьютерных систем. Последние два года он работает на должности архитектора в отделе, разрабатывающем платформу искусственного интеллекта Salesforce Einstein в Сан-Франциско.

— Вы получили степень PhD в Computer Science в Анкаре, как вы туда попали и почему выбрали именно это направление?

Это было в конце 90-х, я учился в аспирантуре Харьковского национального университета радиоэлектроники и обдумывал разные варианты, где можно было бы продолжить обучение по своему профилю. Случайно от знакомой узнал про Университет Билкент. Оказалось, что это один из ведущих частных вузов в Турции, и он заинтересован в привлечении талантливых молодых ученых. Он зарабатывал себе авторитет, сделав ставку на технические специальности.

Хотя общая практика в других иностранных вузах предусматривала оплату за подачу документов (а для меня тогда даже $100 были большой суммой), в случае с Билкентом я просто прислал им свои работы, отправил заявку на поступление, и меня приняли. Больше того, для меня обучение не только оказалось бесплатным, я еще и получал стипендию.

Университет Билкент

— Какие были впечатления после украинской аспирантуры?

Это были просто небо и земля. Когда я туда приехал, то был поражен, насколько уровень обучения отличается в лучшую сторону от нашего. Ведь мы привыкли считать, что у нас отличное образование, и в целом небезосновательно. Все-таки советская техническая школа была очень сильной. В Билкенте, кстати, работало много профессоров — физиков, математиков — из Украины и России. Но большинство преподавателей по компьютерным наукам были выпускниками рейтинговых американских вузов. В первый год все студенты, поступающие на программу бакалавра, изучали английский язык и сдавали экзамены, и это был совсем не тот английский, который я как бы учил в Украине.

Чтобы защититься на степень PhD, нужно было иметь публикации в научных изданиях Европы и США, а не так, как это было у нас, что достаточно было напечататься в каком-то местном, никому в мире не известном журнале. Кроме того, университет поощрял и спонсировал участие в международных конференциях, я объездил множество стран, от Японии до США.

Еще такой показательный момент: после того как студент на PhD прошел аттестацию, ему полагался отдельный кабинет для работы — невиданная в Украине роскошь. В университете была великолепная библиотека со свободным доступом к ведущим научным изданиям. В общем, и по уровню финансирования, и по требованиям к научным работам вуз держал высокую планку. Не знаю, насколько современная политическая ситуация в стране сказалась на университете, я давно не был в Турции. Но могу точно сказать, что по специальности «Компьютерные науки» он сегодня котируется довольно высоко в мире.

На вручении дипломов в Университете Билкент

— После четырех лет жизни в Турции какое у вас сложилось впечатление о стране в целом?

Мне было очень комфортно там жить. Я даже хотел после окончания учебы остаться в Турции, настолько мне нравилось. Помню, когда я впервые прилетел в Стамбул и ехал из аэропорта на автобусе в Анкару, меня поразил этот идеальный highway, который был проложен на огромное расстояние, через горы, это произвело большое впечатление. Может быть, это удивительно, но у меня было там чувство безопасности. Я много путешествовал по стране и никогда не сталкивался с какими-то неприятными ситуациями. Общество, люди очень доброжелательные. У меня остались самые приятные воспоминания. Но в свое время мой научный руководитель посоветовал мне попробовать свои силы где-то еще, мол, вернуться в Турцию я всегда успею.

— В 2001-м вы уехали в Штаты и как постдок стали работать в Университете Миссури — не самое известное место в плане IT. Почему вы выбрали именно его?

Это был как раз период первого кризиса доткомов, и найти работу было нелегко. Мои исследования связаны с компьютерными сетями, их моделированием, я подавал заявки в исследовательские лаборатории Intel, IBM, но им тогда было не до этого. А в Университете Миссури работал мой коллега по Билкенту, и он сказал, что там один профессор как раз ищет себе студентов-постдоков. Так я попал в Америку.

Проект, над которым мы работали, был по заказу Intel, мы разрабатывали первую имитационную модель протокола WiMAX, который был соперником LTE. Кроме исследовательской деятельности, как ассистент профессора я параллельно вел все компьютерные лабы в университете, администрировал сервера и компьютеры. Я проработал там почти 8 лет и в определенный момент понял, что уперся в потолок, стал больше заниматься системным администрированием, что для специалиста с PhD как-то не солидно, а новых исследовательских проектов не было. Каждый раз придумывать какую-то абстрактную тему для получения гранта не хотелось.

Я начал искать работу, но в Канзас-Сити, где я жил, с выбором было не очень, поэтому география поиска расширилась. Хотя заветной мечты переехать конкретно в Кремниевую долину не было, тем более что как раз недавно случился еще один кризис 2008-го года. Но, в итоге, я все-таки переехал в Сан-Франциско, получив предложение из Salesforce.

Salesforce Tower — самый высокий небоскреб на Западном побережье США. Image Source: cushmanwakefield.com

— Почему именно Salesforce? Вас что-то принципиально заинтересовало в этой компании?

Я искал позицию Performance Engineer, про Salesforce тогда ничего не знал, просто попалась у них вакансия. Кстати, не помню, был ли у меня тогда профайл в Linkedin. Для поиска работы я пользовался другими сайтами (по-моему, simplyhired.com, который был популярен в то время). Я отправил резюме через сайт Salesforce, и мне ответили, что было удивительно, так как у больших компаний такие резюме обычно проваливаются в черную дыру, и вряд ли стоит ожидать от такой подачи результат.

Потом была стандартная для Кремниевой долины серия интервью, которые я успешно прошел и получил оффер. Что меня удивило, так это отношение к кандидату. Оно было очень дружественное, меня не пытались «завалить», найти слабые места, а наоборот, старались всячески подбодрить. Из-за того, что здесь высокая конкуренция за кадры, компании хотят оставить у кандидата хорошее впечатление, завлечь его. Во время интервью у меня был ланч, и меня повели в здание Spear Tower, на террасу, с которой открывался красивый вид на весь залив и даунтаун. В общем, все было сделано, чтобы я захотел у них работать.

Еще один примечательный момент был уже после того, как меня приняли. Я спросил у рекрутера, где лучше поселиться в Bay Area, чтобы были хорошие школы и было бы удобно добираться на работу. Узнав, что у меня двое детей, она сказала, что мой оффер пересмотрят. Через несколько дней она прислала новый контракт на работу, в котором полностью покрывался мой переезд, включая перевоз всех вещей, авиабилеты для всей семьи и прочее, и также мне увеличили размер компенсации акциями.

Вид с последнего этажа Salesforce Tower. Image Source: salesforce.com

— Над чем вы работали в Salesforce?

Я занимался моделированием нагрузок для различных приложений Salesforce. В этой работе частично требовались навыки, которые я получил в моих научных исследованиях. Но с другой стороны, надо было освоить много новых для меня технологий (например, Java Garbage collection, Java Heap). В отличие от моей исследовательской работы, эксперименты проводились на физических компьютерных системах — лаборатории, которые могли быть точной репликой производственных систем.

— На сколько жизнь в Сан-Франциско отличается от жизни в Канзас-Сити?

Все-таки в штате Миссури я прожил довольно долго, успел адаптироваться к местному укладу жизни, у меня появилась семья, родились дети. Конечно, IT-сфера там совсем не так развита, люди десятилетиями работают на одном месте, и это нормально. Общество более консервативное, если люди слышат иностранный акцент, они очень удивляются, это вызывает интерес, тогда как в Bay Area этим никого не удивишь, и никто на это не обращает внимание.

Сам Канзас-Сити устроен как типичный американский город, когда офисы находятся в небольшом даунтауне, и по вечерам он вымирает, все разъезжаются по своим пригородам. Даунтаун тогда не считался местом, пригодным для жизни, особенно с детьми, туда вообще предпочитают не ездить, кроме как на работу. По улицам никто не гуляет и без машины никуда. Помню, как меня после восьмимиллионной Анкары шокировали пустые улицы. Все и везде ездят на автомобиле, если ты идешь пешком, то кто-то обязательно остановится и предложит подвезти, уточнив, все ли вообще с тобой в порядке.

Канзас-Сити

В Bay Area множество возможностей для путешествий. Когда я жил в Канзас-Сити, то тоже, конечно, куда-то старался ездить, но там нет такого разнообразия ландшафтов и микроклиматов, есть парочка парков, похожих друг на друга.

Цены на недвижимость уже тогда существенно отличались от Миссури. Например, мы снимали там дом на 1500 кв. футов за $1000. Я был морально готов, что в Bay Area стоимость будет в два раза выше как минимум. Но больше меня поразило качество жилья. Я привык, что съемное жилье — новое, чистое, свежепокрашенное. А здесь дома для съема часто в плачевном состоянии.

Когда я искал первое жилье, мне посоветовали смотреть его в East Bay, где есть метро, и школы с высоким рейтингом. Пришел на просмотр дома в Лафайете (довольно престижное место), там уже стояла очередь. Во дворе был пустой бетонный бассейн, на кухне мебель 60-х годов. Аренда такого двуспального дома стоила $2700 (дело было в 2010 году). Я не то, чтобы горел желанием его снимать, но меня предупредили, что среди аппликантов будет конкурс, то есть за эту роскошь нужно было еще побороться.

Важным отличием было еще то, что, переехав в Bay Area, я как-будто вернулся в привычную европейскую жизнь в плане транспорта. Я не езжу на работу на машине. На велосипеде доезжаю на метро, а потом 35 минут без пробок — и я гарантировано в офисе. Есть, конечно, те, кто принципиально не пользуются метро из-за того, что там грязно, и среди пассажиров бывают бездомные, но я бы не стал драматизировать. Для меня это вполне удобный вид транспорта. Если же для проезда из East Bay в город пользоваться автомобилем, то трафик, конечно, ужасный.

— Через пять лет вас схантили в Fitbit, который на тот момент, кажется, был совсем стартапом?

Они как раз выходили на IPO, буквально в первый день моей работы. Не могу сказать, что мне было на что жаловаться в Salesforce. Менеджмент по-настоящему заботился о сотрудниках. Компания стремительно росла, и я продвигался по карьерной лестнице, каждый год получал повышение. Тем не менее, когда ты долго работаешь на одном месте, а вокруг Кремниевая долина со всеми ее возможностями, то хочется поучаствовать еще в чем-то. Конкурировать с Salesforce другим работодателям непросто, недаром эта компания ежегодно входит в топ лучших мест для работы по отзывам сотрудников. Но Fitbit смог предложить мне хорошую компенсацию и интересный профессиональный челлендж.

Я пришел к ним на должность Principal Performance Engineer, и передо мной стояла задача построить с нуля все процессы для тестирования. Как и в любой начинающей компании, performance тестирование проводилось «на коленке» по мере надобности. Нужно было создать систему для тестирования, которая бы позволяла автоматизировать выполнение тестов, сбор и обработку телеметрической информации. Вначале были, конечно, и краткосрочные тактические задачи. Например, протестировать и подготовить все системы для «праздничной» пиковой нагрузки. В рождественский день, когда миллионы людей распаковывают подарки, включая фитбиты, на системы компании обрушивается шквал запросов регистрации новых устройств. Вот для такой нагрузки мне необходимо было протестировать ключевые компоненты и найти уязвимые места.

Я проработал в Fitbit два года. За это время рост компании замедлился, я думаю, в основном из-за узкой специализации на нише фитнес-трекеров. Многие ожидали развития компании в смежных направлениях, например, в индустрии товаров для здоровья. И я решил, что со своей задачей справился и пора уходить.

— Почему при всем разнообразии IT-компаний вы все равно вернулись в Salesforce?

Конечно, у меня были разные варианты. В Google меня удивило, что тебя берут не на конкретный проект, а собеседуют «всем стадом» на некую абстрактную роль инженера-программиста. Нанимать таким образом специалиста с моим опытом довольно странно. Мне все-таки хотелось знать, над чем именно я буду работать, потому что у меня не было мотивации просто попасть в Google. В итоге всех этих собеседований мне сделали оффер не на позицию senior, а предложили должность developer in test, что по понятным причинам меня не устроило.

Я летал в офис Amazon в Сиэтле. Там был забавный момент во время ланч-интервью. Обычно кто-то из команды ведет тебя в столовую/кафе на территории, и вы там просто общаетесь в неформальной обстановке. А там мне выдали какой-то сэндвич и, пока я его жевал, рекрутер стал задавать психологические вопросы, то есть это было полноценное поведенческое собеседование. Потом оказалось, что должность открыта в офисе в South Bay, а я туда переезжать не хотел. В общем, лучшее предложение оказалось у Salesforce, так что я опять вернулся в компанию, правда, на совсем другой проект.

В офисе Salesforce. Image Source: techvibes.com

Подразделение Einstein выросло из вопроса: как мы можем обрабатывать данные, которые есть в Salesforce, чтобы на их основании делать прогнозы и давать рекомендации и использовать их в бизнес-процессах. Идея была в том, чтобы интегрировать в существующую платформу элементы искусственного интеллекта. Для этого компания купила несколько стартапов в области AI. Постепенно проект расширился до 20 человек, это на момент моего прихода, а сейчас их уже в раз пять больше.

Здесь опять же я был первым перфоманс-инженером. Мы не могли использовать для работы тестовые системы Salesforce и строили все с нуля. Если у Salesforce тестирование было преимущественно связано с веб-сервисами, то в Einstein — с процессами машинного обучения. Эта технология использует данные, доступные в системе каждого клиента (переписку в электронной почте, данные из социальных систем, календаря, e-commerce), чтобы создать модели для машинного обучения.

Например, Einstein Lead Scoring позволяет оценивать и ранжировать каждый отдельно взятый лид, чтобы рекомендовать, на каких потенциальных клиентах лучше сфокусироваться менеджеру по продажам. Функционал Einstein Sentiment анализирует сообщения в социальных медиа или отзывы в интернет-магазинах для того, чтобы определить отношение пользователей к продукту. Einstein Marketing Cloud позволяет разделить аудиторию пользователей на различные сегменты (по интересам, реакции на рекламные кампании) и в зависимости от сегмента менеджеры кампаний могут применять различные стратегии для привлечения клиентов.

Камбрия, Калифорния

— Для вас как для перфоманс-инженера какие существуют профессиональные вызовы в работе над этой платформой? Что самое сложное и/или интересное?

В отличие от веб-сервисов, где отдельно взятый запрос к системе достаточно легко проследить и, следовательно, понять, что с ним происходит, задачи по машинному обучению и построению моделей очень сильно распараллелены и разделены на стадии. Эти стадии выполняются на сотне, а то и тысяче индивидуальных машин в одном кластере (например, Spark cluster). Это было для меня было достаточно интересной и новой задачей. В своей новой роли я так же большую часть времени уделяю построению инструментов (систем) для тестирования.

Так как у нас в команде немного перфоманс-инженеров, то подход отличается от моей первой работы в Salesforce. Задача заключается в том, чтобы позволить девелоперам самим быстро разрабатывать тесты, используя систему автоматизации, которую мы для них построили.

— Спонсирует ли компания визу H1B для программистов? Есть ли смысл человеку из Украины отправлять резюме в Salesforce?

Да, Salesforce спонсирует и H1B, и грин-карту. Кстати, в нашу группу в прошлом году наняли выходца из постсоветского пространства, который работал где-то в Латвии. И это не просто случайность. Человек был достаточно заметен своими разработками, поэтому его и пригласили. Подавать резюме всегда имеет смысл. Если этого не делать, то вероятность попадания на работу — нулевая.

LinkedIn

16 комментариев

Подписаться на комментарииОтписаться от комментариев Комментарии могут оставлять только пользователи с подтвержденными аккаунтами.

А что делать, если природа моей болезни такова, что я не могу подавать резюме?
У меня фобия, возникает сильный страх и резюме у меня штук 5-10 разных написанных по разному. У меня с памятью огромные проблемы. Я всегда справочники использую и гугл и оверфло. Сайт сам написал, графические инструменты тоже, игрушку цветные паттерны.
Трудно но можно, когда без памяти, а вот резюме составить это боль.
Потому что надо вспоминать и еще надо «чистый лист заполнять»
Память странно работает у меня.

Тогда было проще — я был молодой красивый только после университета.
Что-то не понравилось — нашел новое место. А не нравилось часто.
А потом обнаружил что память перестала работать. Прочитаю всего пол-страницы и уже не помню первого абзаца.
С тех пор лет 10 уже случайными заработками перебиваюсь. А программирую исключительно для себя. В основном графические утилиты.

В надсмотрщики?) У меня только кнут, пряники закончились

pbs.twimg.com/...​media/D0V8cqNWwAEj7Xh.png
Это мой алгоритм рисует

А че это? В смысле какой физический смысл сей загогулины?

На самом деле удержание фсяких фиговин в памяти — отдельный скилл, и оказывается, в западных школах этому отдельно учат. Подростки ещё успевают ухватить, а мы, престарелые, догоняет со скрипом.

Я открыл один секрет. Чтобы удержать в памяти или вытащить из нее нужно самому себе сказать вслух то, что надо удержать.
Это канал передачи информации не зрительный, а речевой-слуховой.
Скорость звука меньше скорости света поэтому получается очень важный delay для assosiative memory
Я думаю, что старики в отличие от молодых переходят на assosiative memory thinking
В общем это настолько хорошо работает, что со временем голосовыми запросами из собственного мозга извлекаешь необходимую информацию.
Однако со стороны кажется, что ты бормочешь что-то, разговариваешь сам с собой или с кошкой или с Богом или... вобщем crazy
Но это лишь включилась вторая сигнальная.

А картинка полезная для медитаций. Ее можно разглядывать — вырабатывает чувство симметрии. Есть и другие положительные свойства. Мне лично очень нравится такие создавать или складывать.

Если ты принудительно удерживаешь в памяти «быстрого доступа» много разноплановой информации — «быстрая память» начинается замусориваться, потому что в таком доступе может быть очень ограниченный объем информации, если он больше определенного объема, то начинает наблюдаться фрагментарность — это помню, а это блять ваще вылетело из головы, не могу вспомнить.

По дебильному звучит «Но если ты что-то прочитал, и отпустил», то дальше мозг примет правильное решение, в какой ячейке памяти это все держать — или в быстродоступной возможно, или на «дальнюю полку» положить. Дальние полки безразмерны, и гораздо более упорядочены, на самом деле — есть кстати даже специальные техники как управлять этими «дальними полками», как сортировать информацию и т.д.

Я думаю, что мозг в основном не запоминает т.е. хранит значения, а сканирует, когда необходимо, время-пространство. Т.е. у мозга события прошлого вычисляемое значение как property computed: в Vue.js

Однозначно лайк. Под лежачий камень вода не течет.

No dollar will pass between sofa and ass © Bill Gates

Интересная статья, саксесс стори без пафоса и всего прочего. Читается на одном дыхании!

Дякую, цікаво було почитати!
Питання до @Олег Гусак. Чи відчулися зміни через 2 роки, коли до Salesforce знову повернулися? Зміни в середині компанії, я маю на уввазі внутрішній ’клімат’?

Подписаться на комментарии